— Денег на премии в этом квартале нет, девочки, — сказал Игорь Викторович, бросая на мой стол кожаную папку с договорами. — Распечатай мне с флешки акт сверки по стройматериалам, я пока покурю.
Он положил рядом с клавиатурой тяжелую металлическую флешку, развернулся и вышел из кабинета. Дверь за ним мягко щелкнула доводчиком.
Марина за соседним столом перестала стучать по клавишам. Звук работающего принтера в углу казался слишком громким. Я смотрела на черную поверхность флешки.
Четыре года. Ровно четыре года я оставалась в этом кабинете по вечерам, сводила балансы, вытягивала проверки налоговой и разгребала чужие ошибки в накладных. Без доплат за переработки. С окладом в восемьдесят пять тысяч рублей, из которых половина уходила на оплату учебы дочери в институте.
Я пододвинула папку к себе. Пальцы оставили влажные следы на матовой коже.
— Опять, — тихо произнесла Марина, глядя в свой монитор. — А мне за аренду квартиры послезавтра отдавать сорок пять тысяч. Хозяйка подняла цену.
Я вставила флешку в разъем системного блока. Компьютер пискнул, открывая окно папки. Внутри было два файла. Один — нужный акт сверки в формате PDF. Второй — таблица Excel без названия.
Я отправила акт на печать. Принтер зашумел, затягивая бумагу. Я свернула окна и открыла рабочий чат, чтобы написать дочери, что задержусь.
Сообщение не отправлялось. Я потянулась к кабелю интернета, чтобы проверить контакт, и случайно задела стопку своих авансовых отчетов, лежавших на краю стола. Бумаги съехали. Триста тысяч рублей. Ровно столько я потратила со своей кредитки за последние полгода на покупку серверов, лицензий 1С и офисной канцелярии. Игорь Викторович всё подписал, но каждый раз просил подождать с выплатой.
Я собрала листы, выровняла края о столешницу и положила обратно.
⊰✫⊱ ⊰✫⊱ ⊰✫⊱
На кухне пахло жженым кофе и старой микроволновкой. Я наливала кипяток в кружку, когда вошел Игорь Викторович. Он поправил галстук, посмотрел на меня усталыми, покрасневшими глазами.
— Лена, я же компанию спасаю, для нас всех стараюсь, — сказал он, доставая из шкафчика сахар. — Сейчас ужмемся, потерпим. Осенью крупный тендер закроем, я всё компенсирую. И долги твои закроем, и премии выпишу в двойном размере. Ты же знаешь, я свои слова держу.
Он размешал сахар. Ложка звякнула о край чашки.
Это был шестой раз за последние два года, когда он произносил этот текст. Менялись только сезоны: весной он обещал расплатиться осенью, осенью просил подождать до весны. И каждый раз он выглядел таким искренне уставшим, таким обремененным заботами о нашем общем будущем, что я верила.
Я кивнула, отпивая горячую воду из кружки.
Мне было сорок восемь лет. Найти место главного бухгалтера с белой зарплатой и адекватным графиком в моем возрасте было тяжело. Я боялась уйти в никуда. Боялась, что старшая сестра, которая всегда смотрела на меня свысока из своего коттеджа, снова назовет меня неудачницей, не умеющей устраивать жизнь.
— Спасибо за понимание, Ленчик, — он похлопал меня по плечу и вышел в коридор.
Я осталась стоять у раковины. На дне чужой тарелки засыхали остатки гречки.
⊰✫⊱ ⊰✫⊱ ⊰✫⊱
Я вернулась на рабочее место. Марина ушла на обед. Кабинет был пустым.
Компьютер ушел в спящий режим. Я пошевелила мышкой. На экране всё еще была открыта папка с флешки Игоря Викторовича.
В правом нижнем углу экрана мигнуло уведомление мессенджера — у нас на компьютерах был установлен общий рабочий WhatsApp, куда скидывали документы от поставщиков.
Появилось новое голосовое сообщение. От Игоря Викторовича. В общий чат бухгалтерии.
Я нажала на кнопку воспроизведения.
— Да, Володя, оформляй, — зазвучал из колонок бодрый голос шефа. Никакой усталости, никакого надрыва. — Комплектацию бери максимальную, с панорамной крышей. Я своим курицам в офисе премии срезал, так что три миллиона на первый взнос сейчас переведу. Давай, жду договор.
Сообщение исчезло. Он удалил его через пять секунд после отправки.
Я сидела неподвижно.
Внутри было пусто. Никакого взрыва возмущения, никаких слез. Только тупая, тянущая тяжесть в груди.
«Курицам».
Я открыла тот самый безымянный файл Excel на флешке. «График платежей. Lexus RX». Суммы, даты. Первый взнос — три миллиона двести тысяч рублей.
Может, это ошибка? Может, он берет машину в лизинг на компанию, чтобы списывать налоги? Я цеплялась за эту мысль, как за спасательный круг. Я же сама видела отчетность, у нас правда кассовый разрыв. Он не мог просто так вынуть три миллиона из оборота, зная, что мне нечем платить за институт дочери, а Марине — за квартиру.
Я встала. Подошла к подоконнику. Взяла лейку с отколотым носиком. Полила фикус, который давно засох. Долго вытирала бумажной салфеткой пыль с его мертвых листьев.
Потом вернулась к столу.
В клавиатуру был вставлен синий USB-токен — электронная подпись директора для банк-клиента. Он всегда оставлял его мне, чтобы я проводила текущие платежи поставщикам, пока он на встречах.
Я открыла программу банка. На расчетном счете компании лежало четыре с половиной миллиона рублей. Вчера зашли деньги от крупного заказчика.
Я посмотрела на стопку своих авансовых отчетов, подписанных его размашистой подписью. Триста тысяч моих личных денег. И на приказ о квартальном премировании отдела, который он подписал еще в понедельник, но сегодня утром велел «отложить до лучших времен».
⊰✫⊱ ⊰✫⊱ ⊰✫⊱
Дверь распахнулась. Игорь Викторович вошел быстрым шагом, разговаривая по телефону.
Запах его парфюма с нотами табака и сандала перебил духоту кабинета.
Старый офисный холодильник в углу дребезжал, компрессор натужно гудел, заглушая слова в трубке.
Я смотрела на кожаный ремень шефа. От металлической пряжки отходила тонкая, едва заметная коричневая нитка.
Пластиковая мышка в моей руке казалась ледяной. Пальцы онемели, я почти не чувствовала клика кнопки.
Надо не забыть достать фарш из морозилки, иначе вечером не успею нажарить котлет.
— Всё, Володь, я скину чуть позже, — Игорь Викторович убрал телефон в карман пиджака. Посмотрел на мой стол. — Распечатала? Давай флешку, мне ехать надо.
— Распечатала, — сказала я.
Я аккуратно вытащила металлическую флешку из разъема и положила на край стола.
— Отлично, — он сгреб её в кулак. — Ты чего бледная такая? Опять с давлением мучаешься? Сходи в поликлинику, не тяни.
Я молча смотрела на экран.
В правом углу висело системное уведомление банк-клиента: «Платежи успешно исполнены». Триста тысяч рублей компенсации по авансовым отчетам. И две премии — мне и Марине — согласно подписанному приказу. Суммарно на четыреста восемьдесят тысяч рублей со всеми налогами.
Я нажала кнопку извлечения токена электронной подписи. Вытащила синюю флешку банка и положила её на то же место, где только что лежала его личная флешка.
Связь прервалась.
— Я перевела долг по отчетам, — ровным голосом сказала я. — И премии по приказу. Токен на столе.
Он замер. Медленно повернулся. Его лицо начало покрываться красными пятнами.
— Ты что сделала? — тихо спросил он.
— Вернула свое, — я выдвинула ящик стола и достала сумку.
— Я тебя по судам затаскаю, — он шагнул к столу, упираясь костяшками в столешницу. — За хищение пойдешь.
— Все платежи проведены по документам с вашей подписью, — я посмотрела ему прямо в глаза. — Аудит только подтвердит, что вы не выплачивали компенсации больше полугода. Заявление по собственному я оставлю у секретаря.
⊰✫⊱ ⊰✫⊱ ⊰✫⊱
Я вышла из бизнес-центра на улицу. Ветер ударил в лицо, растрепав волосы.
По пути к станции электрички я зашла в «Пятёрочку». Взяла пакет молока, хлеб и десяток яиц. Кассирша монотонно пробивала товары.
Я вышла на перрон. Телефон в сумке вибрировал не переставая — Марина писала десятки сообщений в панике и восторге, увидев поступление на карту.
У меня были деньги на учебу дочери. Было ощущение, что я впервые за четыре года расправила плечи. И был парализующий страх перед завтрашним утром, когда мне придется открыть сайт с вакансиями.
Вечером дома я разбирала сумку. Выложила кошелек, ключи от квартиры, пропуск в офис, который забыла сдать. На дне лежал колпачок от его черной флешки, который машинально остался у меня в руке. Долго смотрела на этот кусок пластика.
Расчетный лист лежал на кухонном столе. Завтра нужно идти в МФЦ за выпиской из трудовой. Больше бесплатных выходных не будет.
