В глазок я видела незнакомого мужчину. Невысокий, в тёмной куртке. Он смотрел прямо в дверь — туда, где я стояла с дочкой на руках.
Замужем я три года. Муж работает, иногда задерживается допоздна. Мы живём в обычной девятиэтажке на окраине, соседи — люди знакомые. Я думала, что знаю здесь каждого.
Но этого мужчину я не знала. И когда я спросила «кто там?» — он не ответил. Просто стоял. И снова начал стучать.
Дочка уткнулась мне в плечо и тихо сказала: «Мама, боюсь».
Я тоже боялась. Только молчала.
Тот день начинался как обычный вторник.
Антон уехал на работу в восемь утра, чмокнул меня в висок, потрепал Машку по голове — и всё. Дверь закрылась, и мы с дочкой остались вдвоём. Как всегда.
Машке два года и восемь месяцев. Она сейчас в таком возрасте, когда надо всё потрогать, везде залезть и обязательно сказать «сама». Я люблю эти дни — шумные, немного сумасшедшие, но живые. Мы строили башню из деревянных кубиков, башня падала, Машка смеялась и требовала строить снова.
За стеной было слышно, как у соседей что-то двигают. Я не обращала внимания — там живут Зинаида Павловна с сыном Колей. Коля пьёт. Не страшно, не агрессивно — просто пьёт, иногда громко, иногда тихо. Зинаида Павловна то его не пускает, то сама стучит — достучаться не может. Обычная история для нашего подъезда.
Я думала, что это снова Коля.
Башня упала в седьмой раз. Машка завизжала от восторга. Я потянулась за кубиком под диваном — и тут услышала стук в нашу дверь.
Не звонок. Стук. Кулаком. Громкий.
Я вскочила. Машка испугалась моего резкого движения и сразу потянула руки ко мне. Я подхватила её, прижала к себе и пошла к двери.
— Кто там?
Тишина.
Я посмотрела в глазок. Мужчина. Невысокий, в тёмно-синей куртке, шапка надвинута на лоб. Лет сорока, может чуть больше. Я его не знала. Точно не из нашего подъезда.
— Кто там? — повторила я громче.
Он не ответил. Просто стоял и смотрел в дверь. Потом поднял руку и снова ударил кулаком — раз, другой, третий.
Машка дёрнулась на руках.
— Мама, боюсь.
У меня похолодели ладони. Я отступила от двери на шаг, не отрывая взгляда от глазка.
Что делать — я не знала.
* * *
Я позвонила Антону.
Он не взял трубку. Потом написал в мессенджере: «Совещание. Что случилось?»
Я напечатала в ответ: «В дверь стучит незнакомый мужик, молчит, не уходит». Отправила и уставилась на экран. Три точки — он печатает. Потом:
«Не открывай. Вызови полицию если что».
Если что. Я держала телефон и смотрела на эти два слова.
Стук прекратился. Я подошла к глазку — площадка была пустая. Ушёл. Я выдохнула, опустила Машку на пол, прислонилась спиной к двери.
Я думала — всё, пронесло.
Это была моя ошибка.
Минут через десять я услышала его снова. Теперь он стучал тихо, почти скрёбся — методично, не переставая. Как будто проверял. Как будто ждал, когда я решу, что его нет, и открою.
Машка сидела посреди комнаты и смотрела на меня. Она перестала играть. Дети чувствуют — я это точно знаю. Она просто сидела и смотрела на мамино лицо.
Я набрала 112.
— Здравствуйте, у меня в дверь стучит незнакомый человек, не представляется, не уходит уже минут двадцать. У меня маленький ребёнок.
— Адрес?
Я назвала.
— Ожидайте, направим экипаж.
Я ждала. Держала Машку на руках и ходила по комнате из угла в угол. Стук то затихал, то возобновлялся. Один раз мужчина что-то пробормотал — неразборчиво, тихо. Я не поняла ни слова.
Антон написал снова: «Ну как там?»
Я не ответила. Не знала что писать.
Я думала, что полиция приедет быстро. Что сейчас всё решится.
* * *
Полиция приехала через сорок минут.
К тому времени мужчины за дверью уже не было. Он ушёл — я не слышала когда, просто в какой-то момент поняла, что за дверью тихо. Я смотрела в глазок каждые пять минут. Площадка была пустой.
Два молодых полицейских прошлись по этажу, постучали к Зинаиде Павловне. Она открыла сразу — в халате, встревоженная. Сказала, что тоже слышала стук, испугалась, думала к ней ломятся. Про Колю сказала — он с утра дома, спит, никуда не выходил.
Незнакомый мужчина как сквозь землю провалился.
— Скорее всего ошибся этажом или квартирой, — сказал один из полицейских. — Бывает. Вы дверь не открывали?
— Нет.
— Правильно сделали. Ну и хорошо, что вызвали.
Они ушли. Я закрыла дверь, щёлкнула всеми замками и засовом, которым мы никогда не пользовались. Зашла в комнату. Машка наконец уснула — прямо на диване, свернувшись калачиком, с мишкой в руках.
Я села рядом и поняла, что трясусь.
Не потому что мужчина был опасен. Может, и правда ошибся этажом. Может, был пьяный. Может, искал кого-то и не мог толком объяснить.
Я тряслась потому, что поняла кое-что другое.
Мы были одни. Совсем одни. Я и Машка — с одной стороны двери. А с другой — неизвестность. И между нами только дерево и два замка.
Антон написал в пять вечера: «Всё норм? Еду домой».
Я смотрела на экран долго.
Потом написала: «Да. Всё норм».
Но это была неправда.
* * *
Антон пришёл в половину восьмого.
Я рассказала ему всё. Он слушал, кивал, обнял меня.
— Ну видишь, обошлось. Ошибся, наверное, мужик. Не переживай.
— Я звонила тебе. Ты не взял.
— Совещание было, я же написал.
— Я понимаю. Просто…
— Маш, ну всё же хорошо закончилось.
Я замолчала.
Он пошёл ужинать. Включил телевизор. Звякнула тарелка.
Я сидела в комнате с Машкой — она уже проснулась, снова строила башню — и думала. Не о мужчине за дверью. О другом.
Я думала: если бы что-то случилось — он бы узнал через часа три. Когда закончилось бы совещание.
Я думала: мы живём на шестом этаже. Лифт есть, но он часто не работает. Ближайшие соседи — пожилая женщина и её пьющий сын.
Я думала: каждый день, пока Антон на работе, мы с Машкой вот так. Вдвоём. За этой дверью.
И я никогда раньше по-настоящему не думала об этом.
Прошло две недели.
Мужчину так и не нашли, да никто особо и не искал. Полиция не перезвонила. Антон про тот день больше не вспоминал. Жизнь пошла дальше — башни, кубики, завтраки, совещания.
Только я теперь каждый раз, когда слышу стук в подъезде, замираю.
Машка смотрит на меня.
— Мама, боюсь?
— Нет, — говорю я. — Всё хорошо.
И беру её на руки. Крепче, чем нужно.
Я думала, что страх пройдёт.
Не прошёл.
Вы бы открыли дверь или нет? А если бы муж не брал трубку — что бы сделали?
Если узнали себя в этой истории — поставьте лайк. Здесь каждую неделю выходят новые рассказы.
